Оглавление блога

вторник, 10 ноября 2009 г.

На обочине "золотого миллиарда"

Многие неблагодарные страны и народы приняты в теремок (в "золотой миллиард") только благодаря России, благодаря послевоенному "противостоянию двух систем", каждая из которых пыталась всяческими пряниками переманить на свою сторону как можно больше союзников. Если бы не мы, остались бы они бедными падчерицами у немногих богатых и успешных стран. В XIX веке в Ирландии и Исландии в некоторые периоды от голода и неурожая вымирало по половине населения... Италия после войны жила очень бедно, достаточно заглянуть в фильмы мастеров итальянского неореализма, в рассказы Альберто Моравиа и Итало Кальвино...

В учебнике:

Ковтун Л.Г., Образцова Н.А., Куприкова Т.С., Матявина М.Ф. Английский для банкиров и брокеров, менеджеров и специалистов по маркетингу, Москва, НИП «2Р» 1994 г.

(L.G.Kovtun, N.A.Obraztsova, T.S.Kuprikova, M.F.Matyavina – “English for Bankers and Brokers, Managers and Market Specialists”),

первые тексты уроков - отрывки из двух художественных произведений на банковско-брокерские темы. Авторы учебника постеснялись привести на них ссылки, но поиском в сети удалось выяснить, что первое - это "Not a Penny More, not a Penny Less" by Jeffrey Archer. А вот второе (начиная с 10 урока) - Гугль не находит. Очевидно, оно существует только в полиграфическом исполнении, в сети его текста нет, что и немудрено - на дворе свирепствуют законы о защите авторских прав. Особых художественных достоинств в этих книжках как-то не просматривается, но ситуации описаны интересные. Вот текст "А" из урока XI упомянутого учебника, я даже не поленился его вам перевести:

My concern was money. Saudi Arabia's money. And in November of 1978, it looked like a lot of it was going down the drain. The Italian drain.

Я переживал за судьбу денег Саудовской Аравии. В ноябре 1978 года казалось, что им суждено кануть в трубе под названием "Италия".

Just when my cleanup operation in Riyadh was starting to proceed nicely, I received a call from Herr Doktor Reichenberger, chairman of the Leipziger Bank in Frankfurt. His message was short. The Italians were going to default on their foreign loans - the whole monumental string of them - unless somebody once again bailed them out with yet more billions of dollars. Germany - that is, Germany's banks with the backing or their government - had done this three times before, out of solidarity with a Common Market partner. But they would not do so again, Reichenberger informed me. Italy was essentially a bankrupt nation. There was no sense of throwing more good money after bad. The West German cabinet had met that morning and told Reichenberger that the government would provide no new guarantees. That meant that the commercial banks in Germany would have to organize their own salvage operation. The Leipziger Bank was in deepest, so Reichenberger was the organizer. Why this call to me? Because Saudi Arabia, according to Reichenberger's estimate, had thus far put around $3,5 billion into Italian loans. The Saudi Arabian Monetary Agency was, therefore, after Germany, Italy's second-largest creditor. He then listed the groups of banks in other countries which had at least a billion plus at stake. A spokesman from each group was being invited to a meeting in Rome, to start at 10 a.m., Friday, November 12, at the German Embassy. A government spokesman of each country would also be present. Would Saudi Arabia wish to be represented?

Едва я начал успешно разгребать завалы в финансах Эр-Рияда, мне позвонил герр доктор Райхенбергер, председатель правления франкфуртского Лейпцигер банка. Он был краток: Италия готова объявить дефолт по своим внешним долгам, по всей внушительной цепочке перекредитований, если кто-нибудь снова не вытащит ее очередными миллиардными кредитами. Банки Германии, при поддержке правительства, из солидарности со своим партнером по Общему Рынку прежде уже делали это три раза. Но на этот раз не намерены, сказал Райхенбергер. По сути, Италия - страна-банкрот. Нет смысла вбухивать в нее все больше денег. В то утро состоялось заседание правительства Западной Германии, и Райхенбергера уведомили, что оно не намерено предоставлять новые гарантии. Значит, коммерческим банкам Германии придется выпутываться самим. А поскольку Лейпцигер банк влип глубже всех, спасательную операцию выпало организовывать Райхенбергеру. Мне он позвонил, поскольку по его информации Италия должна Саудовской Аравии по кредитам около 3,5 миллиардов долларов. То есть, Финансовое Агентство Саудовской Аравии оказалось вторым крупнейшим кредитором Италии после Германии. Затем он зачитал список банковских синдикатов в других странах, каждый из которых вложился больше, чем на миллиард. Их представители приглашены на совещание, которое состоится в Риме в пятницу 12 ноября в 10 часов. Будут и представители правительств этих стран. Не желает ли Саудовская Аравия быть представленной на этой встрече?

Definitely, I stated. By either myself or the head of the Saudi Arabian Monetary Agency, Prince al-Kuraishi, or both.

- Вне сомнения, - ответил я. Буду или я, или глава Финансового агентства Саудовской Аравии, принц ал-Кураиши, или мы оба.

Dr. Reichenberger hardly thought it necessary to suggest that the entire matter be kept from the press. Then he hung up.

Доктор Райхенбергер по привычке попросил не распространяться на эту тему в прессе и повесил трубку.

Reichenberger was right about Saudi Arabia's exposure in Italy. It amounted to exactly $3,55 billion, according to the books in Riyadh.

Райхенбергер не ошибся: по имевшимся в Эр-Рияде документам, Саудовская Аравия вложилась в Италию на сумму 3,55 миллиарда долларов.

The debtors included the Italian Treasury; the cities of Rome, Milan, Turin, Florence, and Naples; IRI, the state industrial conglomerate, plus a string or IRI subsidiaries, including the company that operated the Italian Autostradas; FINISIDER, the combine that controlled most of the steel companies in Italy. All loans had one thing in common: they had been issued with the understanding that they were backed by the "moral obligation" of the Italian state.

Среди должников фигурировали министерство финансов, городà Рим, Милан, Турин, Флоренция и Неаполь, государственный промышленный концерн IRI, ряд его филиалов, в том числе компания по эксплуатации итальянских платных автодорог, металлургический концерн FINISIDER. При предоставлении всех этих займов подразумевались "моральные обязательства" итальянского государства по их возвращению. 

Starting in the mid-1960's, these Italian institutions had begun borrowing heavily in the Eurodollar market, that is, borrowing American dollars from European banking institutions. The banks almost fell over themselves trying to get into the loan syndicates. After all, what could be safer than loans to governmental or quasi-governmental agencies of a major Western European nation? Especially one that was in the midst of an economic miracle, its GNP growing at 10 percent plus each and very year, at least almost every year. Italy was the Japan of the West!

Со середины 1960-х, эти итальянские структуры начали занимать у европейских банков огромные суммы в американских долларах. Банки чуть не передрались между собой за право предоставить им ссуды. Что может быть надежнее, чем ссужать деньги государственным или квазигосударственным структурам одной из крупнейших стран Западной Европы, переживающей, к тому же, экономический бум, ВВП которой почти каждый год растет на 10%? Италия в Европе была как Япония в Азии!   

So in poured the billions, usually on a ten-to-fifteen-year basis, at interest of around 8 percent. At first, the large merchant banks in London monopolized this business - until it outgrew even them. Then, increasingly, it was the so-called consortium banks in London, Paris, and Brussels which provided Italy with more and more billions.  This type of institution was also a child of the mid-1960's. The idea was this: If a group of very large banks from different countries - say Chase Manhattan from New York, Deutsche Bank from Frankfurt, Crédit Lyonnais from Paris, the Union Bank of Switzerland from Zurich - got together, and set up a joint subsidiary, this new type of "daughter bank" would have almost unlimited credit, because of the immense power and resources of the parents. The concept became especially attractive when it was discovered that such banks could be founded with very little capital, and that even if the consortium bank took on huge deposits, and made huge loans - such as those to Italy - the European authorities did non insist that the parents keep feeding in more and more capital to keep pace with the growth of the bank. Terrific, everybody thought. Non exactly prudent, but very profitable. And they had very fancy names: Orion, Midland, and International Banks Ltd. (MAIBL), Union de Banques Arabes et Françaises, Western American Bank (Europe), and so forth and so on. But mid-1970's there were over thirty such institutions - many handling billions of dollars. All were predominantly backed not by paid-in capital, but by the capital and reputation of the parent bank back home. A highly sophisticated inverse pyramid device.

И потекли миллиардные кредиты, обычно предоставляемые на срок 10-15 лет под 8% годовых. Сначала это дело монополизировали крупные лондонские торговые банки, но потом стало ясно, что им одним его не осилить. Затем, постепенно, выделение очередных миллиардных кредитов перешло к консорциуму лондонских, парижских и брюссельских банков, тоже порождению 1960-х годов, в основе которого была такая идея: Если группа очень крупных банков из нескольких стран, например "Чейз Манхеттен" из Нью Йорка, "Дойче банк" из Франкфурта, парижский "Креди Лионэ", "Юнион банк" из Цюриха учредят совместный филиал, этот их дочерний банк "нового типа" благодаря мощи и ресурсам своих "родителей" будет располагать почти неограниченными финансовыми возможностями. А самое интересное - оказалось, что уставный капитал такого банка может быть очень скромным, и даже если такой консорционный банк принимает на депозит огромные суммы и выдает гигантские кредиты, как те, которые были выданы Италии, власти Общеевропейского рынка не требуют от банков-учредителей постоянно соразмерно увеличивать его резервы. Все были в восторге. Неосторожно, зато очень выгодно. А еще у них были очень забавные названия: "Орион, Мидлэнд энд Итернешнл бэнкс" Ltd, Союз арабских и французских банков, Западно-Американский банк (Европа), и т.п. В середине 1970-х таких финансовых учреждений было уже более 30-ти, многие из них ворочали миллиардами долларов. Все они опирались не на собственный капитал, а на капиталы и реноме банков-учредителей в своих странах. Очень изощренная пирамида.

The problem was, if one of those consortium banks went under, who would bail them out? Not H.M. government, even though most were in London, because for the most part ther were owned by non-British institutions. Not the Common Market, since the Common Market had non banking authority. Not the United States, even though many large American banks were involved - and heavily involved - in these inverse pyramid banks in Europe, because after all, they were in Europe.

Ведь если один из таких консорционных банков пойдет на дно, кто его вытянет? Британское правительство? Нет! Хотя большинство из них находятся в Лондоне, ими владеют не британские структуры. Общий рынок? Тоже нет. В банковской сфере у него нет полномочий. США? Нет! Хотя многие американские банки мощно вложились в эти европейские банковские пирамиды, все же это - Европа!

No, ultimately if something went wrong, in would be the shareholders and depositors back in New York or Toronto o Zurich who would get stuck with the bill. And that was unthinkable. So, for the most part the managers of these multibillion-dollar consortium banks were given very strict guidelines. Stick to safe borrowers. And what could be safer than loans backed by the moral obligation of the government of one of Europe's largest countries? Especially, they reasoned, because under no circumstances would the West ever let Italy go down the financial tube. There was also the matter of profit. The banks cleaned up on the Italians. On average, they took 3 percent of the face value of each loan, paid on the front end, to "set up" the deal. That amounted to $30 million for each billion floated, their fee for what essentially amounted to a couple of weeks of paperwork, and a lot of phone calls to other banks in the issuing syndicate. Then, year after year, at least 8 percent interest - which was great, since for many years they were able to borrow o "buy" the dollars at only 5 percent.

Так вот, если что-то не заладится, платить по счетам придется акционерам и вкладчикам в Нью Йорке, Торонто или Цюрихе. А это немыслимо. Вот почему управляющим этих консорционных банков, ворочающих миллиардами, даны очень конкретные указания. Давать в долг только надежным заемщикам. А что может быть надежнее ссуд, обеспеченных моральными обязательствами правительства одной из крупнейших стран Европы? Кроме того, они считали, что Запад никогда не спустит Италию в финансовую трубу. Был и финансовый стимул. Банки хорошо зарабатывали на долгах Италии. В среднем, за предоставление каждого кредита они брали 3% до заключения сделки. То есть, по 30 миллионов с каждого предоставленного миллиарда. А работы-то всего - две недели бумажной волокиты и множество телефонных звонков другим банкам кредитующего синдиката. Затем, каждый год не менее 8% дохода - не плохо, если учесть, что в течение многих лет им самим удавалось заимствовать или "покупать" доллары всего под 5%.

A sure and highly profitable thing. Until the middle of the 1970's. Then, one after another, those astute European bankers started asking themselves the same simple question: "How are the Italians ever going to pay back all our loans?"

Выгодно, да еще как! Было. До середины 1970-х, когда один за другим эти ушлые европейские банкиры начали задумываться, а как итальянцы смогут хоть когда-нибудь вернуть им занятые огромные суммы.

And nobody had an answer. So the spigot was turned off, at least by the commercial banks and their joint daughters, the consortium banks.

И ответ как-то не прорисовывался. Поэтому краник закрылся. По крайней мере, свои краники закрыли частные банки и их совместные дочерние консорционные банки.

"Let the Common Market take care of Italy for a while", was their attitude. And their prayer was that the commercial loans started to come due - in 1979 - the Common Market would also supply Italy with enough dollars to start paying them back. The powerful bank lobby went to work, and the Common Market - actually, it was almost exclusively the government of West Germany - stepped in. Germany lent Italy the billions it needed for few years. But not blindly. The Germans are the most prudent financiers in the world. They demanded collateral. First, part of Italy's gold reserves; later all of them. Still Italy needed money to stay afloat: to buy oil, to buy wheat, to buy whiskey, Italy being the largest importer of Scotch in the world next to the United States. Then Saudi Arabia stepped in with its help.

"Пусть теперь Общий рынок позаботится об Италии" - такова была их позиция. И они молились, чтобы к моменту, когда подойдут сроки возврата первых выданных кредитов, Общий рынок предоставил Италии достаточно новых долларов, чтобы та могла начать расплачиваться по старым счетам. Заработало мощное банковское лобби и сумело втянуть в дело Общий рынок, а по большей части, правительство Западной Германии. Германия предоставила Италии заем на несколько миллиардов, в которых та нуждалась на ближайшие несколько лет. Но с условиями. Ведь немцы - самые осторожные в мире финансисты. Они потребовали залог: сначала часть золотого запаса Италии, затем - весь его целиком. Но, кроме этого, Италии нужны были и деньги, чтобы просто держаться на плаву: покупать нефть, пшеницу, виски (Италия второй в мире после США импортер виски). Тут помогла Саудовская Аравия.

Over lunch I discussed the entire matter with al-Kuraishi. He was highly disturbed. Saudi Arabia had lent that much money to Italy non out of greed - as had the London bankers. When Italy's oil bill had gone sky-high after the 1973 embargo - it bought its oil exclusively from Middle East and Libya - the United States and Europe had strongly urged Saudi Arabia to help that country by recycling petrodollars back to Italy, that is, by taking a portion of the dollars Italy was paying the Saudis for petroleum and lending it back to Italian institutions. Saudi Arabia had cooperated to the tune of $3,5 billion in commercial loans. But with the quite definite understanding that both America and Europe would stand behind Italy's debt. Morally.

За ланчем я обсудил это все с ал-Кураиши. Он был крайне обеспокоен. Ведь Саудовская Аравия прокредитовала Италию на такую огромную сумму не из жадности, как лондонские банкиры. За время после объявления эмбарго на поставки нефти в 1973 году сумма нефтяного долга Италии достигла заоблачной величины. Большую часть нефти она закупала на Ближнем Востоке и в Ливии, поэтому США и Европа настоятельно призвали Саудовскую Аравию помочь этой стране вернуть часть нефтедолларов. То есть взять часть денег, которые Италия платила саудитам и предоставить их в виде займа итальянским госструктурам. Саудовская Аравия посодействовала и предоставила Италии коммерческих кредитов на сумму 3,5 миллиарда долларов. При этом четко подразумевалось, что за итальянскими долгами стоят гарантии Америки и Европы. Моральные гарантии.

"So much for Western morals", concluded the prince.

"Вот и вся западная мораль" - посетовал принц.

What could I do but agree? But maybe something could be salvaged. Maybe, al-Kuraishi agreed. And maybe they would try to blackmail the Arabs into bailing everybody else out. He would not go to Rome under such conditions. I was to go alone.

Я вынужден был с ним согласиться. Но, может, хоть что-то удастся спасти? "Возможно", - согласился ал-Кураиши. А может, они попытаются вынудить арабов вытаскивать всех остальных. В такой ситуации он не хотел лететь в Рим. Мне пришлось лететь одному.

My instructions were to commit myself to nothing, and preferably say nothing. I was to be a technical observer. I should also keep in touch.

Он проинструктировал меня ничего никому не обещать, а еще лучше, вообще ничего не говорить. То есть, я летел в качестве технического наблюдателя и просто должен был постоянно информировать его о происходящем.


А вот краткое резюме этой неизвестной книги неизвестного автора, из другого урока этого же учебника:

Билл Хитчкок (Hitchcock) - выдающийся банкир мирового уровня, специалист по мировой экономике. В 1976 году он понял, что вот-вот всё развалится, и решил в этом не участвовать. Он продал все свои банки, один - в США, остальные - за рубежом, ушел в отставку из всех советов директоров и поселился на севере Калифорнии. Ему было 44 года, не женат. Осенью 1978 года ему предложили работу главного финансового советника в королевстве Саудовская Аравия. Он принял приглашение и приехал в Эр-Рияд.

Комментариев нет :