Пару дней назад в посте "Самоучитель журналистики, часть 3" я посетовал, что не удается найти в сети, как будет feature на русском журналистском сленге. И вот, в книге о межкультурной коммуникации читаю цитату из Голсуорси и ее перевод:
The feature of the feast was red mullet. = Гвоздем программы на празднике стала красная кефаль.
И тут вспомнил, что я это слово давно знаю, это же знаменитые гвозди "Красной Бурды", типа:
Гвозди о сухогрузах
Спущен на воду сухогруз «Сухогрузия»!
Экипаж сухогруза терпит уже вторые сутки!
Почему сухогрузы есть, а сухогрузчиков нет?
Компьютерные гвозди
Разгромлена база данных чеченских боевиков!
Ученые подсчитали точное количество клавиш на клавиатуре
Конец матриархата! Создан компьютер с отцовской платой.
Загробная жизнь удаленных файлов.
Новогодние гвозди
Коснётся ли глобальное потепление водки?
Пьяный уснул с непогашенной задолженностью!
56 % детей не верит в трезвого деда Мороза!
Появятся ли россиянки на столах россиян?
И т.д.
В общем, в ближайшее время постараюсь перевести еще пару глав из этой книги Хайда.
Заодно надергал с дюжину вполне себе переводимых "гвоздей", для моего итальянского юмористического блога, типа: В Китае налажено производство скрипок Страдивари, Ватиканские генетики обнаружили ген святости, и т.п.
пятница, 17 апреля 2009 г.
четверг, 16 апреля 2009 г.
среда, 15 апреля 2009 г.
Взгляд лингвиста - 2004
Пару месяцев назад прочитал примерно половину работы Андрея Анатольевича Зализняка "Слово о полку Игореве": Взгляд лингвиста, 2004. Дальше не стал, поскольку и уже прочитанная часть вполне убедила меня в том, что "Слово" - подлинное. Вот некоторые выдержки из этой работы, я позволил себе выделить некоторые моменты:
"Легкость, с которой человек производит устные и письменные тексты на родном языке, лишает его возможности поверить в истинные масштабы той информации, которой он при этом бессознательно оперирует.
Особенно доверчиво относятся к мысли о том, что некто засел за книги и научился говорить и писать на иностранном языке "как на родном", те, кто ни одним иностранным языком активно не владеет.
Люди верят бойким журналистским рассказам о том, как способного русского паренька поучили в разведшколе немецкому языку, забросили в немецкий тыл и там он успешно выдавал себя за немца.
Поэтому рассказ о том, что кто-то написал безупречный длинный текст на чужом языке (или на своем, но тысячелетней давности), далекими от лингвистики людьми не воспринимается как рассказ о подвиге или чуде.
Они скорее возьмутся обсуждать вопрос о том, зачем это могло автору понадобиться, чем то, как ему это удалось. Они вполне готовы допустить, например, что это было сделано между делом, в качестве озорной шутки.
Древнерусский язык - тот же иностранный. И ситуация именно такова, что никто не знает его с детства и не может пожить в стране, где на нем говорят. Единственное облегчение для имитатора здесь в том, что и другие тоже знают этот язык несовершенно. В роли экзаменаторов здесь оказываются уже не природные носители, а профессионалы, глубоко изучившие совокупность имеющихся текстов.
Но есть и лишняя трудность по сравнению с живым языком: могут найтись новые древнерусские тексты (как это реально случилось, скажем, с берестяными грамотами), и на их материале могут открыться дополнительные языковые закономерности, которые невозможно было выявить на прежнем ограниченном материале, и тогда имитация, основанная на прежнем материале, на новом уровне знаний окажется неудовлетворительной".
Ну и дальше - подробный и убедительный разбор аргументов противников подлинности, множество ЛИНГВИСТИЧЕСКИХ аргументов в пользу подлинности.
Лингвистические - для меня особенно убедительны. Потому что, например, моем посте "Хочу напиться студеной воды" с выдержками из составленного аборигенами русско-якутского разговорника (1987), приведены фразы, совершенно невозможные в устах человека, для которого русский язык - родной:
Как величать министра?
Я нынче кончаю историко-филологический факультет.
Русская классическая литература богата ли?
- Какого хлеба подать? (В магазине!)
- Черного куплю.
Мы имеем свою команду.
И т.д. И это при том, что его авторы всю жизнь, с раннего детства активно общались с носителями русского языка, фактически выросли среди них, "в стране изучаемого языка"!
Особо понравилась строгость аргументации. Даже явно бредовые утверждения оппонентов А. Зализняк не отвергает с ходу, а объясняет, например, что данное утверждение может быть истинным только при соблюдении таких-то условий, наличие которых, хоть и крайне маловероятно, но не невозможно...
Еще пара понравившихся цитат:
"Нередко авторы не замечают, что их аргументация построена по беспроигрышной схеме, в которую одинаково хорошо подходит и некий факт, и его прямая противоположность. Например, сторонник поддельности "Слова о полку Игореве" отмечает в его тексте необычное слово. Если этого слова нет ни в одном древнерусском памятнике, значит, фальсификатор его просто выдумал. Но если оно все-таки нашлось в каком-то памятнике, то еще проще - значит, именно оттуда он его и взял".
"Дискуссия о подлинности или поддельности "Слова о полку Игореве" в значительной степени построена по принципу разговора глухих: в большом числе работ аргументы противоположной стороны вообще не упоминаются..."
Увы, это верно и для некоторых других дискуссий гуманитариев, например, споров историков по поводу тезисов Виктора Суворова.
В общем, Андрей Анатольевич убедил меня наповал, лично для меня вопрос о подлинности Слова теперь закрыт. Работа есть в сети:
nevmenandr.net/slovo/papers/zaliznyak.pdfВот! Вчера только запостил, а сегодня эта книга появилась на узтранслейшнз. Совпадение?
вторник, 14 апреля 2009 г.
Самоучитель журналистики, часть 3
Самоучитель журналистики, часть 3
На этом блоге я уже давал переводы двух отрывков из этой книги (первый, второй), и вот, нашел на openlibrary.org ее распознанный скан:
Newspaper reporting and correspondence
a manual for reporters, correspondents, and students of newspaper writing
by Grant Milnor Hyde, m.a,
instructor in journalism in the University of Wisconsin.
New York and London
D. Appleton and Сompany
1912
CONTENTS
Chapter
Page
i. Gathering the news 1
ii. News values 14
iii. Newspaper terms 28
iv. The news story form .... 34
v. The simple fire story . . .
vi. The feature fire story . . 50
vii. Faults in news stories .... 75
viii. Other news stories . . . . 105
ix. Follow-up and rewrite stories . -125
x. Reports of speeches 143
xi. Interviews 169
xii. Court reporting . 192
xiii. Social news and obituaries . . . 204
xiv. Sporting news 219
xv. Human interest stories .... 233
xvi. Dramatic reporting 259
xvii. Style book 276
Appendix I suggestions for study . . . 294
Appendix II news stories to be corrected . 311
Index ... 339
Не смотрите на год издания, приведенные в книге правила, приемы, закономерности, ничуть не устарели. Они до сих пор применяются и действуют не только в печатной прессе, но и в электронных СМИ, поскольку основаны на тонко подмеченных особенностях человеческой натуры. В книге есть ответы на "вечные" вопросы, например:
Почему столько "негатива"? Безобразие! Нужно давать больше "позитива"!
| For some strange reason every human being is interested in the thought of death. Just as soon as a story mentions death it is worth printing, and if it has a number of deaths to tell about it is worth printing anywhere. Any fire, any railroad wreck, or any other disaster in which a number of persons are killed or injured makes a story that is worth sending anywhere. There seems to be a joy for the reader in the mere number of fatalities. A story that can begin with "Ten people were killed," or "Seven men met their death," attracts a reader's interest at once. | По какой-то странной, непонятной причине людей всегда интересуют мысли о смерти. Сообщение о событии, повлекшем смерть человека, всегда достойно публикации в газете, а если еще и не одного, то оно достойно публикации везде. Сообщение о любом пожаре, любой железнодорожной или иной катастрофе, если в них погибло или пострадало несколько человек, это новость, которую можно смело отправлять куда угодно. Читатель будто удовольствие получает от самой цифры жертв. Сообщение, которое можно начать словами "Десять человек погибло" или "Семь человек убито", мгновенно привлекает его внимание. |
А при "позитиве" довелось пожить. Помните, у Жванецкого:
"Пущена третья домна! Дал ток четвертый агрегат! Кто их знает, сколько их там еще, когда начнут и когда закончат". Зато когда у нас в Самаре в 70-е обрушилась карусель "Ромашка" с детьми - молчок. Зачем негатив? О том, что в Зубчаниновке несколько месяцев промышлял маньяк, знали по слухам, а не из газет. Ну и кто тогда смотрел эту программу "Время" или этот киножурнал "Новости дня", читал в "Правде" очерки о передовиках производства? Это же была просто АНТИЖУРНАЛИСТИКА!
Удивляет профессиональная неграмотность некоторых журналистов. На радио "Эхо Москвы" в 2007 году Норкины почти год вели "интересную" передачу: часовое (!!!) интервью с простыми людьми. У всех - гламур, а мы - во какие, оригинальные!
| Another element of news values is the interest in prominent people. The mere mention of a man or a woman who is known widely attracts attention. Although Colonel Smith of Smith's Corners has to do something very unusual to get his name in any paper outside his county, the slightest thing that President Taft does is printed in every paper in the country. It is simply because of our interest in the man himself. Some names give a story news value because the names are widely known politically or financially, some names because they are simply notorious. But any name that is recognized at once, for any reason, gives a story news value. | Другой элемент, придающий событию новостную значимость - имена известных людей. Само упоминание имени широко известного человека уже привлекает внимание читателя. Чтобы имя полковника Смита, жителя небольшого городка, появилось в газетах соседнего округа, событие с его участием должно быть поистине из ряда вон выходящим. А о каждом слове или поступке президента Тафта сообщают все газеты США, просто потому, что людей интересует не столько событие, сколько сама его личность. Есть имена, придающие новостную ценность любому сообщению. Это имена известных политиков, финансовых воротил, любых знаменитостей. Любое всем известное (неважно благодаря чему!) имя, делает событие новостью, заслуживающей публикации. |
А новогодние "Голубые огоньки"! "А вот за этим столиком сидит знатная доярка Елена Иванова и токарь, передовик производства, Сергей Петров. Сейчас они расскажут нам о своей УВЛЕКАТЕЛЬНОЙ работе". И среди этой тягомотины все "ловили" краткие проблески с Райкиным, Пугачевой или Ротару...
Ну и так далее, поверьте - интересно и актуально.
Кстати, главу о новостной значимости событий я тогда недоперевел, не нашел, как на русском журналистском жаргоне будет "feature", а журналистов знакомых нет, чтобы спросить. Ладно еще, что с огромным трудом нашел в сети, что lead = врез...
Вот еще интересный и полезный фрагмент, без перевода, по указанной выше причине (feature):
THE SIMPLE FIRE STORY
The simplest news story is the story which has no feature which has no fact in it more important than the incident which it reports e.g., the fire at the end of the last chapter. If we recall the various elements of news value we note that any incident may be given greater news value by the presence of some unusual or interesting feature a great loss of life, an unusual time, a strikingly large loss of property, or simply a well-known name. Such a story is called a story with a feature, because its interest depends not so much on the incident itself as upon the unusual feature within the incident. On the other hand, many news stories do not have features. Many stories are worth printing simply because of the incident which they report, without any unusual feature within them. For example, a building may burn with no loss of life, no great loss of property, and no striking occurrence in connection with the burning. Such a fire is worth reporting, but there is no fact in the story more interesting than the fact that there was a fire; the story has no feature. The leads of these two kinds of stories are different. When a story has a feature it is customary to play up that feature in the first line of the lead. If the story has no feature, is simply the record of a commonplace event, the lead merely announces the incident and answers the reader's questions about it. The commonest of featureless stories is the simple fire story in which nothing out of the ordinary happens, no one is killed, no striking rescues take place, and no tremendous amount of property is destroyed. This may be taken as typical of all featureless stories. The reporter, in writing a report of such a fire, merely answers in the lead the questions when, where, what, why, and perhaps how, that the reader asks concerning the fire. The most striking part of the story is that there was a fire; hence the story begins with "Fire." For example:
Fire today wrecked the top of the six-story warehouse at 393 to 395 Washington street, used by the United States army as a medical supply storeroom for the Department of the East. Capt. Edwin Wolf, who is in charge of the warehouse, says the loss on tents, blankets, cots, and other bedding stored on the floors of the building was large.
New York Mail.
В общем, идите на openlibrary.org и скачивайте, не пожалеете!понедельник, 13 апреля 2009 г.
У нея пленяющий вид
По вчерашней газете можно определить сегодняшнее число (+1), но это не для средних умов!
Нашел хороший поисковик сканов книг, на которые протух копирайт:
openlibrary.org
Он позволяет скачать полнотекстовые версии книг, для которых Гугльбукс не дает даже частичного просмотра.
четверг, 9 апреля 2009 г.
Турецкая языковая реформа - катастрофический успех
Читаю в "Комсомольской Правде" за 1 апреля интервью с Леонидом Парфеновым по поводу его документального фильма о Гоголе:
- И куда же смотрела цензура?
- Когда Боженька водил его пером, Гоголь многого не понимал сам. Он, богобоязненный человек, не понимал, например, что находит цензура в том, что нос заходит молиться в Казанский собор. Табаков у нас читает чудесное письмо Погодину, которое начинается словами: «Обосрался ваш журнал». Дальше речь идет о том, что если «ваша глупая цензура» считает, что нельзя ему заходить в православный храм, то можно послать его в католический. Но и это цензура не разрешила, и до революции выходило, что Нос зашел в Гостиный двор. Причем замену Гоголь сделал совершенно халтурную и даже не нашел нужным приписать пару фраз про то, что Нос, допустим, разглядывал галстуки.
Год назад в одном из моих постов ("Нос майора Ковалева") я заметил эту и еще одну цензурную купюру в переводе "Носа" на СОВРЕМЕННЫЙ ТУРЕЦКИЙ ЯЗЫК, и предположил (угадал!), что этот текст переведен не с русского (откуда в 70-е годы в Турции дореволюционное издание Гоголя?), а "перелицован" (возможно, дважды) со старого турецкого перевода на "современный" турецкий язык.
В работе болгарского турка, Азиза Назми Шакир - Таша
"КОМУНИКАТИВНИ ПРОБЛЕМИ ПОРОДЕНИ ОТ ПУРИЗАЦИЯТА НА СЪВРЕМЕННИЯ ТУРСКИ ЕЗИК", 2005 (COMMUNICATIVE PROBLEMS CAUSED BY THE PURISTIC TRENDS IN MODERN TURKISH LANGUAGE), читаем:
Министерство просвещения (Турции) периодически публикует списки "морально устаревших или "неприемлемых" слов, использование которых в начальной и средней школе запрещается, ни больше, ни меньше. Рекомендуется заменять их "исконно" турецкими словами, многие из которых просто придуманы изобретательными эрудитами...
В результате такой чистки, подвергаются серьезному испытанию "языковая совесть" и умение приспосабливаться тысяч учителей турецкого языка и литературы, а молодые турки начинают говорить на языке, все более отличающемся от языка своих родителей, бабушек и дедушек. Вследствие этого все более снижается качество языковой коммуникации между представителями трех поколений одной семьи, особенно если они живут раздельно. Языковая культура большей части школьников и студентов настолько ущербна, что они испытывают затруднения при чтении произведений, написанных всего 20-30 лет назад... Выходят все новые "переложения" речей Ататюрка на более современный язык, поскольку их оригиналы для молодого поколения турок звучат так же архаично, как для болгарского семиклассника “Житие и страдание Грешнаго Софрония” (» современник Ломоносова).
Похожие сетования находим в широко известной в сети работе Geoffrey Lewis'a "The Turkish Language Reform: A Catastrophic Success", 2002.
Сравнительно недавний (1941) новый перевод Библии быстро устарел:
2001: New version Published. The Turkish language has continued to change rapidly through these last sixty years, however, making the 1941 version out of date and hard to read.
Настолько тяжело, что турецкий перевод Библии, или хотя бы Евангелия 1941 года в сети найти не удается, к сожалению... Вообще в сети почти нет турецких текстов даже середины века - поиск на употреблявшиеся тогда, а сейчас устаревшие слова дает весьма скудный улов.
В то же время современный турецкий - красивый язык со стройной грамматикой, гибким, очень необычным, неиндоевропейским синтаксисом. Судя по текстам из довоенных турецких газет, перекочевавшим в советские довоенные и военные учебники турецкого, деятельность реформаторов отнюдь не испортила язык, напротив - пошла ему на пользу.
В общем, турецкая языковая реформа - уникальный по масштабам и по продолжительности эксперимент. Удивительно мало исследований на эту интереснейшую тему, филологи предпочитают пахать по паханому, типа "Мета-структура новостного сообщения", "Метафорическая репрезентация лингвокультурологической категории СВОИ – ЧУЖИЕ в экологическом дискурсе США, России и Англии" и т.п.
- И куда же смотрела цензура?
- Когда Боженька водил его пером, Гоголь многого не понимал сам. Он, богобоязненный человек, не понимал, например, что находит цензура в том, что нос заходит молиться в Казанский собор. Табаков у нас читает чудесное письмо Погодину, которое начинается словами: «Обосрался ваш журнал». Дальше речь идет о том, что если «ваша глупая цензура» считает, что нельзя ему заходить в православный храм, то можно послать его в католический. Но и это цензура не разрешила, и до революции выходило, что Нос зашел в Гостиный двор. Причем замену Гоголь сделал совершенно халтурную и даже не нашел нужным приписать пару фраз про то, что Нос, допустим, разглядывал галстуки.
Год назад в одном из моих постов ("Нос майора Ковалева") я заметил эту и еще одну цензурную купюру в переводе "Носа" на СОВРЕМЕННЫЙ ТУРЕЦКИЙ ЯЗЫК, и предположил (угадал!), что этот текст переведен не с русского (откуда в 70-е годы в Турции дореволюционное издание Гоголя?), а "перелицован" (возможно, дважды) со старого турецкого перевода на "современный" турецкий язык.
В работе болгарского турка, Азиза Назми Шакир - Таша
"КОМУНИКАТИВНИ ПРОБЛЕМИ ПОРОДЕНИ ОТ ПУРИЗАЦИЯТА НА СЪВРЕМЕННИЯ ТУРСКИ ЕЗИК", 2005 (COMMUNICATIVE PROBLEMS CAUSED BY THE PURISTIC TRENDS IN MODERN TURKISH LANGUAGE), читаем:
Министерство просвещения (Турции) периодически публикует списки "морально устаревших или "неприемлемых" слов, использование которых в начальной и средней школе запрещается, ни больше, ни меньше. Рекомендуется заменять их "исконно" турецкими словами, многие из которых просто придуманы изобретательными эрудитами...
В результате такой чистки, подвергаются серьезному испытанию "языковая совесть" и умение приспосабливаться тысяч учителей турецкого языка и литературы, а молодые турки начинают говорить на языке, все более отличающемся от языка своих родителей, бабушек и дедушек. Вследствие этого все более снижается качество языковой коммуникации между представителями трех поколений одной семьи, особенно если они живут раздельно. Языковая культура большей части школьников и студентов настолько ущербна, что они испытывают затруднения при чтении произведений, написанных всего 20-30 лет назад... Выходят все новые "переложения" речей Ататюрка на более современный язык, поскольку их оригиналы для молодого поколения турок звучат так же архаично, как для болгарского семиклассника “Житие и страдание Грешнаго Софрония” (» современник Ломоносова).
Похожие сетования находим в широко известной в сети работе Geoffrey Lewis'a "The Turkish Language Reform: A Catastrophic Success", 2002.
Сравнительно недавний (1941) новый перевод Библии быстро устарел:
2001: New version Published. The Turkish language has continued to change rapidly through these last sixty years, however, making the 1941 version out of date and hard to read.
Настолько тяжело, что турецкий перевод Библии, или хотя бы Евангелия 1941 года в сети найти не удается, к сожалению... Вообще в сети почти нет турецких текстов даже середины века - поиск на употреблявшиеся тогда, а сейчас устаревшие слова дает весьма скудный улов.
В то же время современный турецкий - красивый язык со стройной грамматикой, гибким, очень необычным, неиндоевропейским синтаксисом. Судя по текстам из довоенных турецких газет, перекочевавшим в советские довоенные и военные учебники турецкого, деятельность реформаторов отнюдь не испортила язык, напротив - пошла ему на пользу.
В общем, турецкая языковая реформа - уникальный по масштабам и по продолжительности эксперимент. Удивительно мало исследований на эту интереснейшую тему, филологи предпочитают пахать по паханому, типа "Мета-структура новостного сообщения", "Метафорическая репрезентация лингвокультурологической категории СВОИ – ЧУЖИЕ в экологическом дискурсе США, России и Англии" и т.п.
воскресенье, 5 апреля 2009 г.
Угадай мелодию!
1.
вы откуда, дети зла?
мы свиней травили. А вы?
мы примчались с островка
там повздорили слегка
мы с женою рыбака
прогнала нас от стола
обругала, как смогла
и орехов не дала
но толстухе
отомстим мы все равно
ночью в бурю
муж ее пойдет на дно
ветер мы подарим вам
закипеть велим волнам
в мире все подвластно нам
в мире все подвластно нам
в этом мире, в этом мире
в мире все подвластно нам
2.
бросайте в костер скорей
жир черных болотных змей
и с прахом колдуньи злой
смешайте его скорей
сухую ветку тиса
добавьте в ваш отвар
и хвост престарелой злой серой крысы
для усиленья чар
гадючий раздвоенный
бросайте теперь язык
и ядом напоенный
бирючий волшебный клык
добавьте для похмелья
драконий тусклый глаз
и будет веселье, будет веселье
в этот полночный час
Подсказка:
вот и все! вот я у края.
час мой пробил. да, я знаю.
о, презренная корона!
за тебя я умираю.
что ж вы медлите? корону
с головы моей сорвите
в своре, как волки
страну вам родную вы на клочья разорвите
о корона, дар презренный
как ты жалка!
Ответ - через месяц
вы откуда, дети зла?
мы свиней травили. А вы?
мы примчались с островка
там повздорили слегка
мы с женою рыбака
прогнала нас от стола
обругала, как смогла
и орехов не дала
но толстухе
отомстим мы все равно
ночью в бурю
муж ее пойдет на дно
ветер мы подарим вам
закипеть велим волнам
в мире все подвластно нам
в мире все подвластно нам
в этом мире, в этом мире
в мире все подвластно нам
2.
бросайте в костер скорей
жир черных болотных змей
и с прахом колдуньи злой
смешайте его скорей
сухую ветку тиса
добавьте в ваш отвар
и хвост престарелой злой серой крысы
для усиленья чар
гадючий раздвоенный
бросайте теперь язык
и ядом напоенный
бирючий волшебный клык
добавьте для похмелья
драконий тусклый глаз
и будет веселье, будет веселье
в этот полночный час
Подсказка:
вот и все! вот я у края.
час мой пробил. да, я знаю.
о, презренная корона!
за тебя я умираю.
что ж вы медлите? корону
с головы моей сорвите
в своре, как волки
страну вам родную вы на клочья разорвите
о корона, дар презренный
как ты жалка!
Ответ - через месяц
Подписаться на:
Сообщения
(
Atom
)
